Показать сообщение отдельно
Старый 18.03.2016, 23:31   #2
Айра
посвященный
 
Аватар для Айра
 
Регистрация: 04.10.2011
Адрес: Симферополь, Крым
Сообщений: 1,256
По умолчанию

Часть вторая

Конечно, я знал, что между нами всё будет очень непросто.

Моя работа над «Секретными материалами» стояла поперек горла руководству ФБР. Я подозревал, что в похищении людей замешаны высшие эшелоны власти, а эти люди не станут со мной церемониться. У меня были знакомые в правительстве, но чем дальше я заходил в своих поисках истины, тем чаще информаторы отказывались сотрудничать.

А Скалли помогала мне во всем. И то, что ее похитили, стало закономерным итогом наших поисков. Сила, с которой я пытался бороться, нанесла удар в самое чувствительное и уязвимое место.

После похищения Скалли я испытал те же опустошающие эмоции, что и после исчезновения своей сестры: ужас, бессилие и пустоту.

Я терзал себя со всей ожесточенностью, на которую был способен. Бессонница и озлобленность стали моими постоянными спутниками. Люди, которые сталкивались со мной по необходимости, бежали как от чумы. Из чокнутого я превратился в призрака.

Раз в неделю я звонил матери Скалли, чтобы сообщить приевшуюся новость: я не знал, где ее дочь и что с ней. Миссис Скалли стойко переносила неизвестность, и я завидовал ее силе.

Я ждал чуда и просил о нем, хотя никогда не верил в Бога.

Это было очень горькое время.

Ее вернули, когда никто уже не надеялся. Просто привезли в больницу и оставили. Я метался, как раненый зверь, пытаясь найти и наказать причастных к ее похищению. В чувство меня привел Мистер Х, когда приставил к моему виску пистолет и дал дельный совет забыть обо всем и продолжить жить дальше.

Кем бы ни были люди, похитившие Скалли, они были готовы на все. Существовал единственный шанс из миллиона, что Скалли вернется и будет жить. Я должен был отступить.

Когда я вошел в палату и увидел ее нежную улыбку, то понял, что в какой-то степени только что вернул свою сестру Саманту.

Поскуливая, мой демон забрался в глубочайшую нору подсознания.

Итак, я больше не называл ее рыжей девчонкой. Был ли я рад такому повороту? Тогда я не задумывался об этом. Она была жива, работала со мной бок о бок и продолжала верить в меня.

Идеальное сотрудничество.

Скалли находила бреши в моих теориях и латала их, вытаскивая мой зад из-под начальственного катка.

Мы балансировали на грани допустимых вольностей и намеков. Но нас обоих это вполне устраивало.

И я не лез в ее личную жизнь. Встречалась ли она с кем-нибудь тогда? Скорее всего, нет. Я не позволял себе на что-то отвлекаться, так почему у нее должна была быть такая возможность?

И потом, на пояснице Скалли всегда была моя рука.

Если бы я был внимательнее, то заметил бы, какой бледной и осунувшейся она казалась в тот день, когда мы повздорили. Возможно, я настоял бы на дополнительном отгуле, отправил бы ее к матери. Миссис Скалли всегда благотворно влияла на свою дочь.

Но цепочка событий уже была запущена.

Я заигрался сам с собой в идиллию, которая существовала исключительно в моей голове. В конце концов меня занесло, и я вновь нацепил на себя роль начальника. Мне нравилось, что главную скрипку в нашей партии по-прежнему играю я. Я распоряжался, и она все выполняла, не задавала лишних вопросов, ее все устраивало. Так мне казалось.

Контроль, контроль и еще раз контроль, любил повторять я.

Я оглянуться не успел, а мой демон вылез из своей норы и встряхнулся.

ФБР отправляло меня в вынужденный отпуск. Я объяснил Скалли суть дела, которое поручал ей, и был уверен, что она подчинится и покорно отправится выполнять задание в Филадельфии. Но Скалли сказала «нет».

Впервые она указала мне мое место и открыто заявила, что я ей не начальник.

Я ухмыльнулся и сказал, что ей решать, ехать в Филадельфию или нет. И постарался как можно ощутимей уколоть ее, напомнив о важности «Секретных материалов» и моей миссии, неразрывно связанной с этим отделом.

Она не спорила, заметив лишь, что ее собственная жизнь стоит на месте.

Но меня уже было не остановить. Отказ Скалли стал для меня толчком, пресловутой красной тряпкой для быка.

Я заявил, что эта разлука пойдет нам на пользу, и пожелал ей удачи в поиске собственного «я».

Через несколько дней меня вызвали в Филадельфию. Скалли находилась в больнице, в ее крови обнаружили следы спорыньи. По словам детектива Смита, который вел дело Эда Джерса, «агент Скалли увлеклась парнем, татуировка которого, по-видимому, жила собственной жизнью».

Ярость нахлынула на меня, и я даже не сразу понял, что схватил детектива за лацканы плаща.

- Что вы несете?!

- Ваша напарница напилась в баре, сделала тату на заднице и переспала с психом!

Мой кулак врезался аккурат в челюсть детектива. Брызнула кровь, и это привело меня в чувство.

- Советую держать язык за зубами, - вежливо порекомендовал я и покинул больницу.

Мой демон хохотал до слез.

Значит, вот так? Сделала татуировку и переспала с первым встречным.

Что я должен был предпринять? Убить Джерса? Убить Скалли? Заставить ее все мне рассказать? Как мы сможем работать после всего?

Вот что бывает, когда ослабляешь контроль.

Я вернулся в свой гостиничный номер, разделся до трусов и повалился на кровать. Скалли должна была пробыть в больнице еще пару дней, так что торопиться мне было некуда.
Я знал, что последует после того, как закончатся вопросы, на которые мне так хотелось получить ответы. Мои способности профайлера никуда не делись.

Я закрыл глаза и представил Скалли. Как она встретила Джерса? Когда следила за Пудовкиным? Она просила меня не вмешиваться и не приезжать в Филадельфию, уверяла, что все под контролем.

Ей захотелось узнать, что значит – контролировать ситуацию? Что она пыталась доказать?

Что она делала в баре? Скалли и дешевый бар, как такое вообще могло случиться?

Я застонал, перевернулся на живот и зарылся лицом в подушку.

На Филадельфию опускались сумерки, и я занервничал.

Демон торопил и подстегивал меня, приглашая проследить за Скалли и подняться в квартиру Джерса. Он уже приготовил холст и краски. И поделать с этим я ничего не мог.
Однажды я это уже проходил, когда сидел взаперти в кладовке на Ледовом мысе.

Но в этот раз все было иначе. Скалли заставляла меня признать свою правоту. Она наказывала меня за то, что я был тупым, глухим и бессердечным. Она действовала единственным методом, который понимали мужчины. Который однажды хотел применить и я.

Тогда, чтобы подчинить ее, я хотел применить силу. Был готов овладеть ею.

Мой демон захихикал. У хороших учителей способные ученицы. Ну же, шептал он, ты можешь увидеть все своими глазами, ты ведь этого хочешь.

Меня сотрясала крупная дрожь, кожа горела, словно я был в лихорадке, но остановиться я уже оказался не в состоянии.

…За окном ревет шторм. Ветер швыряет в стекла горсти камешков и дождя. В комнате приглушенный свет. Напряжение между нами нарастает. Выпивка делает нас смелее. Ее рука ложится на мое предплечье, и я ощущаю, как его пронзает острая боль. Татуировка! Черт, я и забыл о ней.

Перехватываю ее руку, между нами происходит борьба. Она всматривается в мое лицо. Ее рот приоткрыт, и я слышу частое сбивчивое дыхание. Я чувствую, как от нее исходит едва уловимый запах алкоголя, и меня это заводит с полуоборота. Я нависаю над ней, притягиваю ближе и стискиваю ее запястья. Вздох удовольствия срывается с ее губ, и я окончательно теряю голову. Похоже, она пришла ко мне, чтобы заняться сексом. Она толкает меня, я теряю равновесие и падаю на кровать. Мы продолжаем борьбу. Я не собираюсь церемониться и подминаю ее под себя, чуть заломив ей руки. Слышу вскрик и почти срываюсь. Она еще пытается вернуть контроль над ситуацией, но я не позволяю. Раздвигаю коленом ее ноги и наваливаюсь всем телом. Шепчу:

- Ну что, рыжая, решила выяснить, кто главнее: ты или я? - и впиваюсь в ее губы.

Она не отвечает, стонет, стараясь освободиться, но я не позволяю и насильно раздвигаю языком ее губы. Нежный влажный рот сводит меня с ума, подводя к последней точке. Она замирает, и я чувствую, что ее тело напряжено, как тугая тетива. Провожу языком длинную влажную дорожку от подбородка к ключицам, прикусываю горячую кожу. Чуть сместившись, надавливаю членом на лобок. Она вскрикивает. Я больше не в силах ждать. Мы оба доведены до предела.

Запускаю руку в ее брюки, отодвигаю резинку трусиков и резко ввожу в нее два пальца. Не в силах больше сдерживаться, трусь о ее промежность членом и проникаю пальцами еще глубже. Чувствую, как ее сотрясает мелкая дрожь, как ее тело сжимается. Большим пальцем нахожу клитор и провожу по нему. Мой член пульсирует в такт ее содроганиям. Ее рот приоткрыт, над верхней губой блестят капельки пота, ладонью я ощущаю, насколько она сейчас влажная.

Хрипло застонав, я кончаю…

За окном затихает шторм…

Я открыл глаза. Пощупал постель и поморщился. У горничной будет повод посплетничать.

Демон довольно ухмылялся. Мне нечего было ему возразить.

Скалли обошла меня, оставив в дураках. Пора было заканчивать с этой канителью и брать быка за рога.

Как только мы вернемся в Вашингтон, все будет по-другому, решил я.

И все действительно изменилось. У Скалли обнаружили рак.
__________________
Время пришло...
Айра вне форума   Ответить с цитированием