IWTB RU forum

IWTB RU forum (http://iwtb.ru/forum/index.php)
-   Творчество по сериалу Секретные материалы (http://iwtb.ru/forum/forumdisplay.php?f=21)
-   -   Читаем вместе: «Непреднамеренные грехопадения», автор Dasha K., перевод RedHead (http://iwtb.ru/forum/showthread.php?t=2910)

RedHead 12.10.2012 12:35

Цитата:

Сообщение от Светлячок (Сообщение 253681)
Зато угар там мощный. С интересом жду заключительной части с САМЫМ ГЛАВНЫМ. Потому что это весьма феерично.

Ага, энергетика чувствуется. Окончание фика такое, что мне ЭТО переводить стыдно))) Буду видимо краснеть и печатать перевод дрожащими руками))
Как говорится, полный отвал башки))

Светлячок 12.10.2012 12:54

Цитата:

Сообщение от RedHead (Сообщение 253682)
Ага, энергетика чувствуется. Окончание фика такое, что мне ЭТО переводить стыдно))) Буду видимо краснеть и печатать перевод дрожащими руками))
Как говорится, полный отвал башки))

Я в таких случаях пытаюсь подойти беспристрастно. Хотя мне мой профиль образовательный помогает немного. Ну, знаешь, когда на протяжении пяти лет обучения в присутствии самых разных лиц подробно рассказываешь насчет анатомии и физиологии разнообразнейших живых существ, то как-то проще начинаешь на все это смотреть.
Но да, отжигают они там неплохо. Хотя ничего уж прям такого страшного. Обычный здоровый секс без извращений там всяких. Не волнуйся, мы тебя будем по-прежнему уважать утром :)

RedHead 12.10.2012 13:01

Цитата:

Сообщение от Светлячок (Сообщение 253683)
Не волнуйся, мы тебя будем по-прежнему уважать утром :)

Спасибо, Свет)) Я постараюсь, хотя энцу ужас как не люблю :)

n-fx 12.10.2012 14:40

RedHead, мы ждем, очень ждем твоих переведенного
Цитата:

полный отвал башки))
;)

АlenaS 21.10.2012 02:25

Прелесть прелестная и совершенная! Мне лично безумно нравится. :hmmm:

Цитата:

Сообщение от RedHead (Сообщение 253682)
Как говорится, полный отвал башки))

RedHead, спасибо и береги голову! :love: Kena, спасибо тоже! :)

АlenaS 29.11.2012 02:16

RedHead, а когда ты угостишь нас шоколадной 2 частью? Так хочется сладкого... :hmmm:

s-irena 29.11.2012 10:45

Alenу сегодня на сладкое тянет...))) ну лан ,меня тоже... присоединяюсь))

RedHead 03.12.2012 09:26

AlenaS, s-irena, спасибо, что вы меня еще помните)))
Очень извиняюсь за то, что все забросила.. у меня осенью по работе жуткий аврал, даже на форум не могла зайти, как со всем разгребусь - обещаю продолжить, осталось там немного и самое вкусное))

RedHead 17.01.2013 08:06

Глава 5, часть 2-ая.

Первая стадия – отрицание. Нет, это вовсе не Малдер звонил мне с какой-то дурацкой отговоркой, чтобы провести вечер у меня дома, а моя дорогая любимая мама, которая хотела узнать, не пойду ли я вместе с ней в церковь в воскресенье и не захочу ли потом разделить утреннюю трапезу. Моя мама, только и всего. Поэтому сейчас я уютно устроюсь на диване с томиком «Холодной горы» и весь пятничный вечер буду спокойно наслаждаться чтением.

Вторая стадия – гнев. Как он посмел посягать на мое личное время? Мало того, что у него хватает наглости звонить в любое время дня и ночи, чтобы вытащить меня на очередную бестолковую погоню за зелеными человечками, по обыкновению своему - в самый затрапезный из всех провинциальных городков, который только Малдер и способен отыскать. Так теперь он явно думает, что ежели мы переспали разок-другой, то можно заявляться ко мне, когда захочется, вторгаться в мое персональное пространство, маячить у меня на глазах и нарушать мое спокойствие никчемной болтовней.

Третья стадия – саботаж. Я хватаю белые хлопчатобумажные трусы в жутких розочках, которым обзавидовалась бы любая монашка, и натягиваю на себя. Эти панталоны станут моей защитой от Малдера, потому что ни за какие коврижки я не подпущу к себе особь противоположного пола, пока они на мне. И для завершения образа напяливаю синие пижамные штаны в клетку и серую толстовку с эмблемой Мэрилендского университета и пятнами зеленой краски на подоле. Ну вот, теперь я насколько сексуально непривлекательна, насколько это вообще возможно. Сейчас я вполне гожусь на то, чтобы служить добропорядочным католическим семьям наглядным пособием по предохранению от нежелательной беременности.

Четвертая стадия – принятие. Боже, и какой же из меня соратник после этого? Даже если мы немножко покувыркались в постели, Малдер все еще мой друг, и ему нужна моя помощь. Думаю, если бы какая-нибудь кузина оккупировала мой дом, я бы, вполне вероятно, начала искать прибежища у напарника. К тому же у меня появится прекрасная возможность проверить, насколько нам удалось забыть друг о друге. Да и чего греха таить, приятно провести пятничный вечер не в гордом одиночестве. Малдер принесет чего-нибудь перекусить, и, может быть, мы даже посмотрим вместе фильм. А если он будет действовать мне на нервы, я всегда могу пойти в спальню и закрыть за собой дверь.

Пятая стадия – смирение. Нравится мне, что напарник приедет, или нет, - дело сделано. И кстати, он уже стучит в дверь. Я лишь надеюсь, что у Малдера хватило здравого смысла купить по дороге китайской еды.
И если он забыл про шоколад, я его убью.

************************************

Скалли не спешит открывать, заставляя меня жонглировать в коридоре ноутбуком, пакетом с горячей китайской едой, упаковкой из шести банок пива и свертком с пирожными. В итоге приходится стучать коленом.

Наконец, дверь распахивается. Напарница смеряет меня взглядом с головы до ног и вопрошает:

-Пиво?

-Я решил, что ты захочешь чего-нибудь выпить.

Ни за что на свете я бы не стал приносить в квартиру Скалли вино. Я же не вчера родился и прекрасно знаю, какую опасность оно в себе таит.

Она принюхивается и спрашивает:

-Малдер, неужели я чую запах паровых пельмешек?

-Если не дашь мне пройти, твои паровые пельмешки окажутся на полу в коридоре. У меня уже руки горят от этого пакета.

Скалли отодвигается в сторону, и я, зажав ноутбук под мышкой, прохожу внутрь и ставлю еду на кухонный стол. А затем поворачиваюсь к ней и спрашиваю:

-Хочешь, чтобы я сразу пошел в гостиную работать, или сначала поедим?
Она странно смотрит на меня и отвечает:

-Можешь сначала поесть, Малдер.

-Хорошо. Я буду молчать.

Напарница бросает на меня еще один взгляд и спрашивает:

-Я должна тебе что-то за еду, или ты угощаешь?

-Эммм… угощаю.

-Отлично, в таком случае можешь разговаривать.

Отложив ноутбук в сторону, я сажусь за стол, а Скалли идет к шкафу для посуды и, вернувшись с двумя тарелками и ложками, осторожно вынимает два белых пакета из коричневого свертка. Возможно, у меня еще осталась надежда на прощение. По крайней мере, сегодня вечером напарница не надела один из тех своих строгих костюмов, которые всем своим видом велят держаться от нее подальше. Вместо этого на Скалли мягкие клетчатые штаны и огромная толстовка, в которой она выглядит как студентка колледжа. Похожи на пижамные. Интересно, она в них спит?

Тьфу. «Не думай о том, в чем и как она спит», - напоминаю я себе. Мысли о спящей Скалли неизбежно ведут к мыслям о Скалли в постели, а мысли о Скалли в постели могут приводить к другим, очень-очень опасным мыслям…

Господи, неужели я так и не усвоил урок? Знаю, что облажался в Бостоне. На самом деле, я облажался еще перед Бостоном, в Майами и Висконсине. Нельзя мне было прикасаться к Скалли. Я совершил ошибку. Знал, что поступаю неправильно, но все равно пошел на поводу у своей слабости. Но это еще не самое плохое. Больше всего я корю себя за то, что довел Скалли до слез.

У меня ни разу не получалось выиграть в споре с плачущей женщиной. Это просто невозможно. Только самых хладнокровных мерзавцев не трогают слезы слабого пола. И не имеет значения, о чем мы препираемся, а прав я или нет - вообще дело десятое. Стоит даме расплакаться, как я начинаю чувствовать себя безжалостным садистом и тороплюсь извиниться за все, что имел дерзость сказать или сделать в своей жизни.

Все знакомые мне женщины пользовались этим на всю катушку. И давно забытые девушки, с которыми я встречался в молодости, и самые отъявленные манипуляторши мира сего вроде Фиби и Дианы. Эти их слишком частые и чересчур драматичные рыдания всегда заставляли меня чувствовать себя грубым неотесанным мужланом и терзали мое сердце мучительным чувством вины. Так что женские слезы - довольно эффективное оружие. Но Скалли…

Скалли никогда не плачет. Конечно, время от времени я видел ее слезы, но только в чрезвычайных обстоятельствах – когда кто-нибудь заболевал или умирал. В остальном же напарница слишком сильная, чтобы выражать эмоции подобным образом. Она никогда не позволяла себе у меня на глазах рыдать навзрыд. До того, что случилось в Бостоне.

Даже сейчас, несмотря на то, что прошла целая неделя, мне невыносимо тяжело думать об этом. И в то же время, как бы парадоксально это ни звучало, невозможно выкинуть ту сцену из головы. В ту ночь я впервые за долгое время чувствовал себя совершенно счастливым: Скалли, сидя на мне, двигалась так чувственно и эротично, что я готов был поверить в Бога и рай с хором ангелов. В тот момент Скалли выглядела невероятно прекрасной: волосы выделялись ярким пламенем на фоне белоснежной кожи, а потемневшие от страсти глаза нежно смотрели на меня. И вдруг, нежданно-негаданно на них выступили слезы …

Мне словно нож в сердце воткнули. Почему она заплакала? Ведь я был счастлив. Разве Скалли не чувствовала то же самое? Разве не хотела близости так же сильно, как я? Она приходила ко мне в комнату позапрошлой ночью и вчерашним утром и, кажется, ничего не имела против того, что мы занимались любовью. Наши встречи принесли мне головокружительное блаженство. Так в чем же дело?

Если только не… Неужели я свалял дурака? Прошлой ночью я сказал ей: «Нельзя этого делать».

Скалли не запротестовала, не стала возражать. «Да. Да, нельзя», - согласилась она.
Я трактовал ее поцелуи как знак молчаливого согласия, но что, если Скалли действительно не хотела продолжения? Возможно, я все неверно истолковал. Что, если реакция, которую я принял за страсть, являлась ни чем иным, как благородным решением не причинять мне боль?

Эта унизительная мысль так испугала и пристыдила меня, что в моих глазах закипели слезы. А затем я почувствовал, как стенки ее влагалища начинают сокращаться в преддверии оргазма. Почти в тот же самый момент Скалли расплакалась. Несмотря на бурю негативных эмоций, ощущения, охватившие меня, были настолько интенсивны, что минуту спустя я и сам достиг кульминации, а после этого окончательно потерял контроль над своим самообладанием, которое и так висело на волоске. И, задыхаясь и плача, попытался одновременно поблагодарить ее, поцеловать и извиниться. Боже, ну я и типчик!

Минуты через три Скалли ушла в душ, чтобы привести себя в порядок перед вылетом. Я лежал на спине, закрыв глаза, и пытался убедить себя в том, что она счастлива. Я любил Скалли. Она была самым важным человеком в моей жизни. Мы только что занимались любовью. Все шло просто замечательно.

Все. Я не открывал глаз и изо всех сил старался не прислушиваться к рыданиям, доносившимся с той стороны смежной двери.

В тот день мы в последний раз в буквальном смысле находись друг от друга на расстоянии вытянутой руки. С тех пор я ни разу не подходил к напарнице ближе, чем на два метра. Никаких поцелуев, никаких прикосновений.

Я даже не помог ей нести чемодан, когда мы выписывались из отеля, чтобы вернуться к отрезвляющей реальности нашей жизни.

**********************************

У Малдера очень забавный и трогательный вид. Он ведет себя так неуверенно, будто я могу в любую минуту вышвырнуть его вон. Признаюсь, что порой обращаюсь с ним очень строго и отчужденно, но если я собираюсь сохранить нашу дружбу и партнерство, придется отбросить напускную холодность.

Распаковав еду, я беру коробку с брауни и заглядываю внутрь. Дева Мария, а также все ангелы и святые, эти пирожные - нечто выдающееся: они пышные, влажно блестят и пахнут просто божественно. Я нахожу в шкафу нож для масла и отрезаю добротный кусок на пробу. Сидящий за столом Малдер немедленно подает голос:

-Даже не прикасайтесь к ним до тех пор, пока не закончите обедать, юная леди.

Мои брови ползут вверх.

- Еще не так давно мне казалось, Малдер, что я взрослый человек и могу есть сладкое, когда захочу.

Я кладу кусочек брауни в рот. О да, насыщенный шоколадный вкус, не слишком приторный, с ярким оттенком кофе и орехов…

-Неплохо, да? - спрашивает Малдер.

После того, как мои закатившиеся от наслаждения глаза возвращаются на свое обычное место, я киваю.

-Эта подружка твоего кузена умеет готовить.

Я отрезаю еще один прямоугольник, кладу его на салфетку и протягиваю Малдеру.

-Попробуй.

Он смотрит на меня так, словно я Ева, предлагающая ему проклятое яблоко.

-Лучше мне сначала поесть.

Я смеюсь.

-Трусишка! Бьюсь об заклад, твоя мама ругалась, когда ты таскал сладости перед обедом.
Недовольно покосившись на меня, Малдер запихивает в рот сразу половину куска. Как и у меня, его лицо искажается в экстазе. Проглотив пирожное, напарник говорит:

-Черт, я обязательно скажу «спасибо» Ари. У этой девушки определенно есть талант.

Усаживаясь за стол, я доедаю брауни и тут же отрезаю еще один кусок. Такой большой любитель шоколада, как я, просто не может удержаться. Он определенно вызывает привыкание.

-Хочешь половину?

Слизывая крошки с нижней губы, я протягиваю второй кусок Малдеру. Он берет пирожное, и наши пальцы на один краткий момент касаются друг друга. Это наш первый физический контакт с прошлого воскресенья, и даже такая мелочь не оставляет меня равнодушной.

Видите, как все это грустно? Я так давно не чувствовала ничьих прикосновений, что даже самые безобидные начали приобретать для меня слишком большое значение. Быстрое пожатие рук после нападения Моделла, ощущение ладони Малдера на моей спине, то, как он сжимал мои пальцы тогда, в больнице, - все эти краткие моменты близости стали играть слишком важную роль для женщины, изголодавшейся по физическому контакту.

Я отодвигаю брауни в сторону. Несмотря на уже поглощенные несколько сотен калорий и добрую толику холестерина, голод никак не хотел отступать.

-Что ты купил на ужин? – спрашиваю я напарника.

-Все, что ты любишь, Скалли, – отвечает он и опять смотрит на меня печальными щенячьими глазами.

Зрелище до ужаса душещипательное, и мне становится стыдно. Интересно, отрабатывает ли Малдер этот взгляд на других женщинах, или он прибегает к нему исключительно в моем присутствии?

Что касается еды, тут напарник не покривил душой и действительно принес мои любимые лакомства – паровые пельмени, лапшу с овощами, цыпленка кунг-пао и говядину с соусом из черных бобов. Засунув нос во все картонки, я с благодарностью улыбаюсь.

Малдер может быть самым невнимательным мужчиной на Земле (у меня все еще нет своего стола), а потом взять и совершить какой-нибудь по-настоящему трогательный поступок, который явственно демонстрирует, что порой он действительно ко мне прислушивается. На прошлое Рождество напарник подарил мне первое издание романа Бетти Смит «Дерево растет в Бруклине» с автографом автора, одну из моих самых любимых книг. Я ломала голову, откуда Малдер мог знать об этом, до тех пор, пока не вспомнила, как однажды вечером, задолго до праздников, мы, будучи на задании, сидели в номере отеля, переключая каналы, и наткнулись на экранизацию этого романа. Я невзначай упомянула, как сильно мне нравилась эта книга и как бы мне хотелось купить ее и прочитать. Малдер произнес пару ничего не значащих фраз, но, тем не менее, где-то в тайном уголке своей памяти оставил себе пометку на будущее.

Кажется, я уже говорила, что совершенно не понимаю этого человека?

Открыв пиво, мы принимаемся за еду, и напряжение, витающее в комнате, постепенно сходит на «нет».

Мы благоразумно придерживаемся в разговоре самых нейтральных тем: поиск лучшего автомеханика в округе Колумбия, предстоящий ремонт моей кухни, последние выходки моих племянников и так далее. И, черт возьми, наконец-то я могу поесть от души. Малдера, должно быть, тошнит при виде того, как я мечу в себя пищу с максимальной скоростью, какую только могут позволить деревянные палочки.

Прервавшись, чтобы глотнуть воздуха, я откладываю приборы и поясняю:

-Черничный кекс и пара литров кофе – вот весь мой рацион за сегодня.

Малдер шумно втягивает в рот лапшу (лучше я не буду говорить вам, что мне напоминает этот звук) и замечает:

-Не волнуйся, Скалли, ты же не супермодель, валяй, ешь, сколько влезет.

По-моему, вечер пройдет просто замечательно, говорю я себе. Нам нужно было лишь отдохнуть друг от друга, чтобы немного успокоиться и подождать, пока, фигурально выражаясь, не спадет отек.

-Сразимся за последний пельмешек?

Вооружившись палочками, мы стремглав кидаемся к коробке, и победа достается мне как наиболее проворной из нас двоих. Я к тому же еще и более меткий стрелок, но попробуйте только заикнуться об этом Малдеру. Тем временем я подношу ко рту скользкий от соуса пельмень, но он предательски соскакивает и плюхается прямо на мою толстовку.

-Вот дерьмо! – восклицаю я, и Малдер бросает на меня удивленный взгляд. Мысленно я могу выражаться, как дальнобойщик, но крайне редко позволяю себе ругаться в присутствии напарника.

- Толстовка, - бормочу извиняющимся тоном, вскакиваю на ноги и, уходя, слышу, что Малдер хихикает за моей спиной. В спальне я переодеваюсь в пижамную куртку из одного комплекта с моими штанами. Затем быстро взвешиваю все «за» и «против» насчет того, стоит надевать лифчик или нет. Топ, в отличие от толстовки, отнюдь не мешковатый, но таскать под пижамой бюстгальтер кажется несусветной глупостью. Просто не буду делать никаких резких движений рядом с Малдером. Целую вечность я пытаюсь решить вопрос с лифчиком, но затем понимаю, что совершенно неосознанно снимаю уродливые панталоны и надеваю гораздо более привлекательную пару из черного кружева.

Постойте минуту, что же я делаю? Ведь ни при каких, даже самых немыслимых обстоятельствах Малдер не увидит мое нижнее белье, так зачем же я переодеваюсь? Ах да, у тех белых трусов слишком растянулась резинка, и они грозили соскользнуть с меня в любой момент.

Когда я подхожу к двери спальни, меня словно обухом ударяет. Голова тяжелеет и начинает кружиться, а в глазах появляется сухость. У меня возникает странное чувство, что я вышла из своего тела и, стоя у выхода из комнаты, наблюдаю за собой со стороны.

Я знаю это ощущение. Последний раз это случалось со мной очень, очень давно, но такие вещи не забываются.

Пошатываясь, я бреду на кухню, где Малдер все еще безмятежно поглощает лапшу, и встаю перед ним, положив руки на бедра.

Напарник глядит на меня, и я вижу, что его глаза страшно покраснели.

-В чем дело? – спрашивает он.

-Малдер, что положили в эти брауни, черт возьми?

Alena 17.01.2013 13:07

Ха-ха-ха...прелесть просто! Сейчас Скалли, "опьяненная" брауни, начнет опять к Малдеру приставать.)))
Спасибо за перевод.


Часовой пояс GMT +3, время: 11:23.

Работает на vBulletin® версия 3.7.0.
Copyright ©2000 - 2020, Jelsoft Enterprises Ltd.
Перевод: zCarot